Подборка книг по тегу: "грубый герой"

Чтобы заработать денег, я устроилась сиделкой к спортсмену, получившему серьезную травму. В считанные дни я превратилась из квалифицированного врача в нянечку, повара, уборщицу, собутыльника и объект сексуальных нападок со стороны пациента. Красивый молодой мужчина с невыносимым характером оказался мужланом и грубияном, которого мне хочется прибить по сто раз на дню. Но история не об этом.

Я играла с ними, не замечая, как они играют со мной. Пять преступников и я в кругу, привязанная к потолочному крюку. Они явно не знают, что со мной делать, но я знаю, чего хочет каждый из них в отдельности.

Я застала мужа в постели с сестрой. А потом... очнулась в лапах зверя. Они грубые. Голодные. Без права отказа. Булат называет меня "принцессой", но обращается как с дичью, пойманной на охоте. Его правила просты: хочешь есть - научись готовить, хочешь жить - научись подчиняться.
Мне остаётся только идти вперёд – даже если дорога ведёт к человеку, который не знает слова «нежность».

– Ты, киса, поедешь завтра со мной, – заявил бандит. – Оденешься покрасивее, проведёшь недельку с одним моим кентом. Будешь делать всё, что он захочет. И если ублажишь его как следует, я, может, подумаю простить твоему братцу долг.
Я стояла, как будто меня током ударило.
Что он сказал? Провести неделю с его другом? Сделать всё, что тот захочет?
– Я вам не проститутка, – прошипела я сквозь зубы, едва сдерживая гнев.
Ублюдок мерзко рассмеялся.
– Ну это до поры до времени! – Он направил пистолет на Костю. – Вариантов у тебя нет, куколка. Будешь выпендриваться, я ему колени прострелю. А тебя в бордель сдам, будешь отрабатывать каждую копейку, которую твой братец мне задолжал. Поняла?!

Максим Северов — легенда хирургии и мой кошмар.
Когда декан пристроил меня к нему на практику, я думала, что умру от счастья. Гений скальпеля согласился меня обучать!Теперь хочу умереть от стыда. И от того, что его присутствие делает с моим телом.
— С такими неумелыми руками ты скорее убьёшь пациента, малышка. Хотя... есть вещи, с которыми ты справилась бы гораздо лучше.
Его издёвки, жёсткие взгляды, двусмысленные намёки — я терплю всё. Пока не срываюсь:
— Вы просто боитесь, что я окажусь лучше вас!
Гробовая тишина. Северов медленно встаёт из-за стола. Обходит меня. И я понимаю: совершила роковую ошибку.
— Повтори, — хрипло требует он.
— Вы боитесь меня!
На его губах появляется хищная улыбка. Пальцы властно вплетаются в мои волосы, притягивая к себе — резко, грубо.
— Вот теперь ты мне нравишься, Белова. Хочешь научиться быть лучше меня?
— Д-допустим...
— Тогда, будешь делать всё, что я скажу. Абсолютно всё. В операционной... и далеко за её пределами.

Я любил её долго, безудержно и безответно. Много лет я ждал, надеялся, что она станет моей, когда придёт время, и она стала.

Наутро она выгнала меня, как блохастого пса, и вышла замуж за другого. Я пытался забыть её. Правда, пытался.

Теперь её муж не стоит у меня на пути, и я должен использовать этот шанс, чтобы отомстить Ольге за все мои унижения. А быть может, сделать её снова своей? Меня устроят оба варианта, потому что я не понимаю, люблю я её или просто ненавижу.

Давайте разбираться вместе?

— Что? Я? Я не… Зачем идти с вами?
— Да что ты как не родная? — ухмыльнулся он и потянул меня за локоть к приоткрытой двери у дальней стены.
— Да что вы делаете? Отпустите. Я тут случайно оказалась!
— Все мы здесь случайные гости, — буркнул мужчина с такой же наглой и безразличной усмешкой на лице и втолкнул меня в комнату.
— Да перестаньте же вы! Я не как все те. Я здесь… Я случайно сюда пришла.
Его лицо вмиг изменилось, стало жестким и суровым.
— Еще только раз пискнешь, рыжик… — произнес он и замолчал. А мне после такого и слов не надо. Все сразу стало ясно. Но он переспросил: — Усекла?
— Мгм, — неосознанно промычала я сквозь ладошку на губах и громко сглотнула.

— Зарецкий, ты охренел? Я тебе не игрушка!
— А кто сказал, что ты игрушка? Ты — проблема. Моя проблема. И я ее решу.

Меня зовут Мира. Я студентка с ребенком на руках. И я знаю главное правило выживания в общаге: нельзя влюбляться в монстра.

Особенно если этот монстр − Ян Зарецкий.

Он − король здешнего болота, наглый, циничный тип, которого боится весь универ. Он плюнул на мой пол, попробовал смесь моего пупса и заявил, что я травлю ребенка. И знаете что? Он, черт возьми, оказался прав.

Теперь он лезет в мою жизнь: пишет записки с «советами», подкидывает деньги, носит моего мальчика на руках и смотрит так, будто я − его личная головная боль.

Я хочу его ненавидеть. Я должна держаться подальше.
Но мелкий тянет к нему ручки. А мое сердце шепчет: «Он просто ждал, когда кто-то разглядит в нем человека».

— Нет, мы не будем дружить с девчонкой, — услышала я голос, который со временем станет для меня лучшей музыкой на свете. — А тем более с таким глупым и идиотским именем. Уходи отсюда. Иди, играй в свои куклы или во что там ещё играют такие глупые девчонки, как ты?
От этих слов Дэймона я развернулась и бросилась прочь. Слёзы затуманили мне глаза, я упала на крыльце у дома, разбила колени. А из-за спины слышала его смех и самые на тот момент для меня болезненные слова.
— Смотри Чет, она ещё и неуклюжая. Может ей нужно очки носить. А то дальше своего длинного носа они ни черта не видит. — После раздался его оглушающий смех. Больше я ничего не слышала. Как можно быстрее поднялась и сквозь боль забежала в дом, хлопнув дверью. После этого я ещё не раз старалась завести разговор с Дэймоном, но всегда убегала в слезах прочь.

Грубоватый, прямолинейный мужчина, который привык решать проблемы силой и действиями, а не словами. Она — тонкая, эмоциональная, и его обычная манера общения её ранит. Он этого не понимает сначала, а потом вдруг замечает каждую мелочь: как она вздрагивает, как прячет взгляд, как старается не показывать обиду. И впервые в жизни он начинает учиться быть осторожнее, мягче, внимательнее — не потому что это правильно, а потому что иначе он её потеряет.
Он не знал, как быть нежным. Но ради неё он научился говорить без слов...